November 2nd, 2019

хрестьянин

О причинах "спартанского матриархата".

Анатолий Иванов говорит, что у дорийцев женщины занимали гораздо более почётное положение, чем у греков-ахейцев. Брачные отношения у них во многом были ещё более архаичны, чем даже те, которые описаны Гомером.

Ну да, действительно, племенные группы дорийцев расселились на Пелопоннесе, и там же, на Пелопоннесе, существовала Спарта — наиболее известный дорийский полис, долгое время бывший самым сильным в военном отношении греческим государством.

И положение женщины в Спарте было принципиально отличным от положения женщины в в других греческих полисах. В Спарте была чрезвычайно велика роль матери, а женщины прямо вмешивались во все дела мужчин, отдавая мужчинам первенство только в войне. Историческое предание содержит историю о том, как жена царя Леонида Горго ответила на замечание афинянки: «Одни вы, спартанки, делаете что хотите со своими мужьями». Горго ответила: «Да, но ведь одни мы и рожаем мужей».

Спартанки с юных лет проходили физическую и военную подготовку – упражнялись в беге, борьбе, метании копья и диска.

По свидетельству Плутарха, эти упражнения отличались тем, что невозможно было для остальной Греции. Женская нагота в Спарте не была постыдной. Если всюду в Греции спортивные состязания предполагали мужскую наготу, а женские состязания были запрещены, то в Спарте во время состязаний одежды не слишком прикрывали женское тело. Сохранившиеся изображения демонстрируют спартанских бегуний в коротких хитонах.

бегунья
Бегунья из Додоны. 550—540 гг. Афины. Национальный музей.

Collapse )
хрестьянин

Про дионисийство и аполлонизм.

Конфликт Диониса и Аполлона был описан в работе Ницше "Рождение трагедии из духа музыки".

Конфликт между этими двумя богами предопределён их полной противоположностью друг другу. Аполлон - значит «сверкающий», он высвечивает в темноте, то есть он как бы определяет границы. Следовательно Аполлон - бог формы и меры. Аполлон создаёт "рамки". Соответственно, Дионис - это выход за "рамки" дозволенного. Аполлонизм - это порядок, тогда как дионисийство есть экстаз. В гендерном "разрезе" аполлонизм, конечно, выражает патриархальные ценности, а оргийное дионисийство тяготеет к матриархату.

Юлиус Эвола считал Диониса, сына Семелы, то есть Земли, агентом южной цивилизации, коварно проникшим в среду нордических гипербореев. «Дионисическую эпидемию» Эвола связывает с кризисом власти аристократии в греческих полисах. Он также подчёркивает тот, отмеченный Бахофеном факт, что народные тираны, как правило, возводили своё право на власть к женщине и наследовали её по женской линии. Эвола усматривал в этом взаимосвязь между демократией и гинекократией. По его мнению, неправильно считать, будто греческая демократия была победой греческого народа: на самом деле это была победа Малой Азии или, скорее, Юга над греческими племенами.

Пифагорейство Эвола считал «возвратом пеласгического духа», поскольку основными его чертами были культ Деметры и пантеизм. «Тёмный, пессимистически-фаталистический мотив теллуризма содержится в пифагорейском учении о рождении на Земле как о наказании и в учении о реинкарнациях… Но душа, которая всё время снова возрождается, это не более чем душа, подчинённая хтоническому закону. Пифагорейство и орфизм с их учением о реинкарнациях показывают тем самым, какое большое значение они придают теллурическому началу и истине, характерной для матриархата. С учётом всего этого становятся понятными приверженность Пифагора к богиням вроде Деметры (после его смерти его жилище стало храмом Деметры), а также высокое положение женщины в пифагорейских сектах, где они выполняли даже роль жриц».

Collapse )
хрестьянин

Великая Богиня-Мать.

Автор - Михаил Серяков.

Чтобы хотя бы отдалённо представить себе образ первоначальной богини, которой в глубокой древности поклонялись наши предки, обратимся к грузинскому «Житию Георгия Святогорского». В нём при описании событий 1056 г. мимоходом упоминаются верования живших около Афона славян: «[В с. Ливиздия (Ливадия?) на Афоне] жили болгары, именуемые славянами. (…) В том владении (…) с давних времен и до наших дней стоял один идол, мраморный, изображавший женщину. Эти неразумные люди служили ей и говорили: «Солнце и дождь, и всякое благо даётся нам от неё, которая имеет власть даровать жизнь и смерть кому пожелает. (…) Помолись нашей богине, чтобы она помогла тебе перед царём». Понятно, что мраморное изображение женщины было, скорее всего, древнегреческой статуей, на которую славяне перенесли представления о своей Великой богине.

Следы этого величественного образа встречаются нам и в русской вышивке: «Всюду особое, вполне привилегированное положение женщины и сопровождающие её символы неба и светил, моление пред нею великих и малых людей или человекообразных существ ясно указывает на то, что пред нами не простая женщина, а богиня, царица неба и земли. А это объясняет, почему для неё возводятся жертвенники, храмы с поставленными в них, очевидно, её же изображениями, её же кумирами. Не трудно также решить вопрос о значении постоянно сопутствующего и часто замещающего богиню древа: это, очевидно, есть древо жизни, и если богиня так тесно связана с ним, то, значит, в народном представлении, она сама есть начало жизни, мать всего сущего. Ей, как таковой, принадлежат все стихии: воздух, вода и земля».

Мы видим, что, несмотря на патриархальную революцию, в отдельных частях славянского мира всё-таки сохранилась память о великой и всемогущей богине. Впрочем, внимательный исследователь русской вышивки В.А. Городцов отметил и отразившуюся в ней тенденцию к снижению значимости этого персонажа: «Итак, пред нами открывается замечательный по своему стройному и величественному содержанию культ «царицы небесной», имя которой забыто русскими, так как, по-видимому, целиком перенесено на христианскую «Царицу Небесную». Эта великая русская языческая богиня, однако, не представляется наивысшим автократным существом: иначе она молитвенно не возносила бы своих дланей кверху. Очевидно, в русском народном сознании, над великою матерью всего сущего возвышалось такое необъятное божество, изобразить которое отказывалось народное творчество, выражая лишь иногда его светлую природу сияющим диском солнца, возвышающимся над головою великой богини».

Collapse )