June 2nd, 2021

хрестьянин

Матрилокальность = матриархат.

З. С. Эльсаева в статье "ПРОБЛЕМАТИКА ИЗУЧЕНИЯ В СОЦИОЛОГИИ ГЕНДЕРНОГО ФАКТОРА В ЭТНОКУЛЬТУРНОМ ОБЩЕСТВЕ" подчёркивает одну особенность патриархальной семьи, которая резко противопоставляет её семье матриархальной.

"В патриархальном обществе <...> в брачных отношениях женщина должна была беспрекословно подчиняться своему законному мужу. У многих народов за непослушание мужу женщина подвергалась наказанию. В случае, если женщину не устраивала её супружеская жизнь, она не могла обратиться за помощью к своей семье, они в свою очередь не могли ей ничем помочь, и вернуться в свою семью женщина также не имела права. Обращение в суд женщиной в тот период времени даже не рассматривалось, закон в любом случае поддержал бы мужчину".

Вот! Матриархат сам собой "вытекает" из матрилокальности брака. Когда жена находится в окружении своих кровных родственников, а её муж - представитель чужого рода - проживает у неё "на птичьих правах", в 99 случаях из ста он будет вести себя по отношению к жене мягко и сдержанно. Потому что за мордобой он рискует получить ответный мордобой со стороны родственников жены. Когда же жена проживает у мужа, вдали от своей родни, там за неё заступиться некому.

В наше время на защите прав женщины стоит государство, которое, как "пугало", устрашает мужчин, грозя им тюремным сроком за рукоприкладство. А раньше, например, у древних греков или римлян, раннее республиканское государство представляло собой чисто мужской "междусобойчик" домовладык. Только домовладыки обладали полной правоспособностью, что означало разрешение участвовать в народном собрании и занимать государственные должности, участвовать в имущественных правоотношениях. Остальные члены семьи считались находящимися под властью домовладыки. То есть женщины считались недееспособными, фактически - умалишёнными.

хрестьянин

Брачные игры в "кошки-мышки".

Любопытные сведения приводит Б. К. Бекжанова в своей статье "АНАЛИЗ СВАДЕБНЫХ ОБРЯДОВ В ЭПИЧЕСКИХ СКАЗАНИЯХ КАРАКАЛПАКСКОГО НАРОДА".

Речь идёт об одном из архаичных видов выбора жениха в борьбе «гүрес» (казах. курес), отголоски которого сохранились в сюжетах каракалпакского эпоса, традиционным мотивом которого являлось выполнение условий, когда девушка могла выйти замуж лишь за того джигита, который одерживал над ней верх.

"Юноши из племени саков обязательно должны были бороться с предполагаемой невестой. Если девушка одерживала верх, то побеждённый джигит становился её пленником. Только в случае победы юноша имел право взять её в жены" [1].

"Следует отметить, - говорит Б. К. Бекжанова , - что мотив выбора девушками женихов был очень широко распространён в эпосах тюрко-язычных народов. По этому поводу Г. Мусина высказала следующую мысль: «Данные брачные обряды возникли как необходимость, чтобы проверить стойкость и физическую силу жениха, очень важные в кочевом образе жизни» [2].


Collapse )
хрестьянин

Хозяйка Похьёлы.

Мария Владимировна Кундозерова в статье "ОБРАЗ МИФИЧЕСКОЙ СТРАНЫ ПОХЬЁЛЫ В КАРЕЛЬСКИХ ЭПИЧЕСКИХ РУНАХ" анализирует образ Похьёлы из карело-финского эпоса "Калевала".

"Наиболее распространённым способом попадания в Похьёлу является преодоление водной преграды, осмысляемой традиционным рубежом между тем и этим мирами. Похьёла находится в дальнем конце Севера (Pohjom pitkähä perähä — SKVR I1 4: 70), в безымянном заливе (Lahteh nimettömähe, n’imen t’ietämättömähe — SKVR I1 62: 71–72). Само слово «Похьёла» (Pohjola, в вариантах Pohjo, Pohja, Pohjoni, Pohjani) означает «север, северный край» [SSA: 383]. Известно, что у северных народов неизведанный потусторонний мир ассоциировался с самым севером, низом, дном, мраком и холодом, что отразилось и в карельских рунах. Похьёла представляется тёмным (pimie, pimettö), холодным (kylmä), мрачным (summa, suma), плохим местом (paha paikka). В некоторых вариантах Похьёла отождествляется с островом, на который выбирается Вяйнямёйнен после скитания по водам:

“Soarehe selällisehe, «На остров средь моря,
Mantereh on puuttomahe” На сушу безлесую»
(SKVR I1 58: 91–92)

На соотнесённость Похьёлы с островом часто указывает и определение собаки как собаки острова, которая своим лаем оповещает о прибытии путника, например:
“Siitä haukku soaren halli, «Залаяла острова собака,
Soaren lukki luskutteli” Острова пес загавкал»
(SKVR I1 21: 83–84).

Collapse )
хрестьянин

О происхождении сознания, языка и религии.

С. Г. Фатыхов в статье "ФИЛОСОФСКО-КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ ИСТОКОВ ПРОТОРЕЛИГИОЗНОГО СОЗНАНИЯ ЧЕЛОВЕКА" пишет:

"Человек – единственное существо, осознающее неизбежность смерти... Это осознание приводит его к отрицанию двуединства начала и конца, что он и делает с помощью объективации окружающего мира и различных миропостроительных конструкций. Животные не могут объективировать мир и себя в нём, наделять символами предметы и явления, тем более объяснять их. Это чисто человеческие свойства. Только люди задумываются о смысле жизни, причём религиозные люди в большей степени. И поскольку во всём обозримом историческом пространстве женщины оказывались набожней мужчин, сам собой напрашивается вывод, что в доисторические времена именно они начали религиозные поиски.

По всей видимости, уже первобытная женщина осознавала себя как причину жизни своих детей, а в поисках первопричины сущего наталкивалась на хтоническую идею творения, которая в ходе истории усложнялась и совершенствовалась. Одушевление окружающего мира (анимизм), реинкарнация предка, внедрившего в женщину дух-ребёнка, тотемизм, половые и другие табу, – всё это матриархальные поиски Трансцендентного, Первопричины и Абсолюта.

Можно предположить, что наиболее активно этот процесс шёл в условиях дородовой, добрачной материнской семьи, отпочковавшейся от гомогенной первобытной орды и преимущественно обитавшей локально от взрослых мужских особей.ь Возможно, что именно в этот период у гоминид зародилась особая социобиологическая система, давшая толчок развитию у нашего вида как феномена культуры в целом, так и проторелигиозной культуры в частности. Эту первую в истории человечества социокультурную систему мы предлагаем назвать матриархально-матрифеноменной, а в её состав включить первые символы, имена и слова, образовавшие трансцендентную суть вещей и явлений, ставшие не просто кирпичиками человеческой культуры, но и носителями нашего сознания, в том числе религиозного.


Collapse )