Хрестьянин (ltraditionalist) wrote in holy_matriarchy,
Хрестьянин
ltraditionalist
holy_matriarchy

Category:

Остатки древнеевропейских матрилинейных структур в бронзовом веке и в историческую эру.

"Сильным аргументом в пользу существования в Древней Европе матрилинейных отношений является тот факт, что наследование по женской линии сохранилось в неиндоевропейских сообществах Европы и Малой Азии и в историческую эпоху: среди них - минойцы, этруски, пеласги, лидийцы, ликийцы, карийцы (Западная Турция), баски (Северная Испания и Юго-Западная Франция), пикты, населявшие Британию до прихода кельтов.

В последние столетия остаточные матрилинейные обычаи зафиксированы на периферии Западной и Северной Европы, а также на Эгейских островах. На Лесбосе, Лемносе, Наксосе и Косе наследование недвижимого имущества по материнской линии оставалось в силе до конца XVIII столетия. Об этом свидетельствует запись английского путешественника Джона Хокинса: «На многих островах старшая дочь наследует часть родительского дома вместе со всей её обстановкой и одну треть имущества матери, а это, в большинстве случаев, — основные средства к существованию; остальным дочерям, по мере того как они выходят замуж, также полагается часть дома и такая же доля оставшегося имущества. Вышесказанное относится к островам Митилена (Лесбос), Лемнос, Скопело, Скирос, Сира, Зея-Ипсера, Миконос, Парос, Наксия, Китнос, Санторин и Кос, где я лично собирал информацию или получал её через посредников».

Нет сомнения, что существовавшая здесь в XVII в., а на некоторых островах — вплоть до XX столетия матрилинейная система возникла не в эти времена, а сохранилась с доисторической эпохи. Она обнаруживается там, где процесс индоевропеизации оказался слабым, а древнеевропейский субстрат — напротив, сильным, как в Греции и в Этрурии.

Теперь обратимся к минойской культуре Крита, потом перейдём к западной части Малой Азии и Эгейским островам, после этого коснёмся этрусков и римлян, а затем пересечём Средиземное море и закончим наш обзор Западной и Северной Европой.

Браки на Крите были матрилокальными: этот обычай долго сохранялся уже в историческую эру. Матрилокальный брак описывал Страбон (I в. до н.э.); о его существовании также свидетельствуют законы, запечатлённые на стенах храма в Гортине. Благодаря им мы знаем, что женщина при замужестве сохраняла полную власть над своим имуществом и могла требовать развода. Кроме того, важную роль играл брат матери, на котором лежала ответственность за воспитание её детей.

Положение женщины в Спарте во многом было таким же, что и на Крите. У жителей Спарты существовала братская полиандрия, а браки были матрилокальными. Согласно Геродоту, члены правившего в Коринфе рода по обычаю «отдавали [своих дочерей замуж] и брали жён из своей среды», что явным образом указывает на эндогамную систему. Члены упомянутого рода именовались Бакхидами (Bakchidai), т.е. это был матрилинейный клан: для греческих клановых имён характерно родовое окончание «-idas», «ides», в котором основным элементом является частица «id», указывающая на женский род. Иначе говоря, в древности родоначальниками считались не мужчины, а женщины.

Остатки матрилинейной системы также можно видеть в структуре греческой речи и в общепринятых обычаях. Так, у Гомера есть чёткое различие между братом по материнской и братом по отцовской линии. До нынешнего времени брата называют «adelphos», т.е. «единоутробный», что является пережитком тех времён, когда братом признавали лишь сына матери. Греческие термины «adelphos»/«брат» и «adelphe»/«cecтpa» не имеют аналогов в других индоевропейских языках.

Говоря о живших в западной части Турции ликийцах, Геродот описывает их как народ с матрилинейной системой родства. Он пишет: «Обычаи их частью критские, частью карийские. Есть, впрочем, у них один особенный обычай, какого не найдёшь больше нигде: они называют себя по матери, а не по отцу. Если кто-нибудь спросит ликийца о происхождении, тот назовёт имя своей матери и перечислит её предков по материнской линии». Когда Плутарх упоминает правящий ликийский род, то называет его членов Иоксидаи ( Ioxidai ) или Иоксиды (Ioxides): ставя женскую форму (Ioxidai) на первое место, он как бы указывает на то, что именно она является верной. Матрилинейным был и порядок наследования, поскольку имущество в первую очередь переходило к дочерям, а не к сыновьям. Судя по надписям на гробницах, основной единицей общества была большая матрилинейная семья. Некоторые из них включают уже знакомую нам формулу матрилинейного родства: «Нейкетес, сын Парфены... Нейкетес, сын Лаллы... Евтехий, отец неизвестен...».

Карийцы и лелеги были обитателями анатолийского побережья, и различие между ними остаётся довольно туманным. От Геродота мы знаем, что во время Персидской войны его родным Галикарнасом правила карийская царица Артемисия. Её мать была родом с Крита, а она сама, имея взрослого сына, сохранила царскую власть. Ей были подчинены близлежащие острова Кос, Нисир и Калидна, и, когда персидский царь Ксеркс пошёл походом на Грецию, она снарядила для его армии 5 боевых кораблей и сама ими командовала. В битве у Саламина, когда персидский флот был разбит и за кораблём Артемисии погнался аттический корабль, она обманула врага тем, что стремительно напала на корабль союзников персов.

Ионяне, захватив Милет, взяли в жёны карийских женщин, которые, не простив им гибели своих родных, отказались вкушать со своими новыми супругами пищу или звать их по имени.

По-прежнему говорившие на своём языке пеласги ещё какое-то время сохранялись в северной части Эгейского бассейна — в Акте на побережье Македонии, в расположенном где-то в этих же местах Крестоне и в Лемносе на Пропонтиде. Их присутствие также зафиксировано на Самофракии, в Троаде, в Лидии, на Лесбосе и Хиосе. Пеласги с Лемноса упомянуты в одной из греческих легенд. Когда аргонавты отправились из Фессалии за Золотым руном, они останавливались на Лемносе, где «правили женщины» под предводительством царицы Гипсипилы.

Известно, что у этрусков была матрилинейная система родства. В двуязычных латино-этрусских надписях имя отца часто фигурирует только в латинской части, тогда как имя матери всегда присутствует в этрусском тексте и порой отсутствует в его латинском эквиваленте. Ещё Бахофен в середине XIX в. заметил, что, по сравнению с положением гречанок и римлянок, статус этрусских женщин, по крайней мере в период архаики (VII—V вв. до н.э.), был поразительно высок.

Все три последних этрусских царя Рима были обязаны своим престолом этрусским женщинам. По женским именам можно было определить различия в статусе и правовом положении. Римские женщины, напротив, не имели имён собственных: сперва они идентифицировались как дочери своих отцов,а затем — как жёны своих мужей. Признанной формой матрилинейного наследования, хотя оно предполагает переход царского престола от матери к дочери, в римском обществе было наследование от тестя к зятю.

У басков вплоть до начала XX в. использовался лунный календарь, действовал матрилинейный порядок наследования, а земледельческие работы осуществлялись женщинами. Высокий общественный статус баскских женщин был установлен законом, а их деятельность в качестве наследниц, судей и третейских посредниц в доримскую, средневековую и современную эпоху широко обсуждается исследователями уже на протяжении столетия. В кодексах баскских областей Франции представлена система законов о наследстве, основанная на полном равноправии полов. Исключения из этого правила обнаружены только среди крошечного дворянского сословия Лабура и, с большим количеством оговорок, в некоторых урбанизированных домах Суля. Но собственно баскская система не предполагает предпочтения мужского пола женскому. Ещё накануне Великой французской революции баскские женщины были истинными «хозяйками дома», наследницами-опекуншами и главами родов. Как утверждал в I в. до н.э. Страбон, «среди иберийцев принято, чтобы мужья давали приданое своим жёженам; дочери у них назначаются наследницами, а сёстры женят братьев. В этом есть что-то от господства женщин...».

Пикты — ещё одна группа древнеевропейцев, жившая в окружении индоевропеоязычных народов, у которой, однако, удержались матрилинейные законы, культ Великой Богини и связанная с ней символика. Наследование имущества происходило исключительно по материнской линии; при наличии нескольких детей родовое имение переходило потомству дочери. Эта матрилинейная система родства сохранялась у пиктов вплоть до 842 г. н.э. Выходя замуж, дочери не покидали родового имения: в высокогорной Шотландии этот обычай ещё существовал в начале XX в.

Благодаря археологическим находкам в Южной Франции и в Рейнских областях, стали известны богатейшие гробницы кельтских царевен гальштатского и латенского периодов (VII—IV вв. до н.э.). Эти погребальные обычаи уходят корнями в более древние местные традиции, и то же самое можно сказать о сохранившихся на всех кельтских территориях культе Великой Богини и матрилинейной системе наследования. Кроме того, древние писатели оставили нам достаточно свидетельств высокого статуса галльских женщин. Историк I в. до н.э. Диодор Сицилийский писал, что они «не только не уступают ростом своим мужьям, но и соперничают с ними силой». Мы также знаем, что в I в. н.э. у британцев была могущественная правительница. Один из наиболее запоминающихся портретов, сделанных римским историком Дионом Кассием, принадлежит овдовевшей царице Боудикке, которая подняла восстание против римлян, захвативших её владения: «Она была огромного роста, и вид её внушал ужас... Копна ярко-рыжих волос спускалась ей до колен; на ней было большое ожерелье из кручёного золота и многоцветная туника, а сверху — застёгнутая пряжкой накидка». Более поздние британские и ирландские материалы свидетельствуют о том, что, несмотря на индоевропейскую патриархальную систему законов, галльские женщины благородного происхождения пользовались уважением и имели право на личную собственность. Как можно заключить из легендарного рассказа об основании Марселя, они могли сами выбирать себе мужей.

Судя по традиционным преданиям Ирландии, здесь в основном были приняты матрилокальные браки, в которых первенство принадлежало жене или возлюбленной. В кельтской литературе Британии и Ирландии, как и в древнегреческих сказаниях, герой оставляет дом и отправляется к другим племенам, ища себе невесту побогаче, на которой он мог бы жениться и вместе с ней управлять её владениями. Древние законы Ирландии и Уэльса отводили важную роль брату матери, который представлял материнский род. Нет сомнения, что у кельтоязычных народов матрилинейный порядок наследования существовал с самых незапамятных времён.

Хорошо известно, что очаги древнеевропейской матрилинейной структуры существовали также в Германии и Скандинавии. Как писал в I в. до н.э. Тацит («О происхождении германцев и местоположении Германии»): «К сыновьям сестёр они относятся не иначе, чем к своим собственным». По мнению исследователей, германская матрилинейная организация общества была унаследована ими от древнеевропейского населения и просуществовала вплоть до исторической эры. На протяжении тысячелетий родство по материнской линии считалось гораздо более важным, чем по отцовской. В Тюрингии, как и в Бургундии, закон гласил, что, если мужчина умрёт бездетным, наследство должно перейти к его сестре или матери. Есть много подтверждений тому, что в царских домах богатство и титулы наследовались по женской линии. У саксов претенденты на престол узаконивали свои притязания, лишь заключив брак с королевой. В «Матерях» Бриффо перечисляет различные германские племена, имевшие матрилинейный порядок наследования. Во многих случаях царство наследовал тот, кто женился на царице или царевне. У скандинавов ещё в VIII в. власть переходила в руки дочерей и их мужей. В древнейших нордических и германских документах, как и у неиндоевропейских народов Эгейского региона, людей часто называли по имени матери, не упоминая имени отца. Не зря слово «Geschwistег»/«братья-сёстры» делает упор именно на сестринские отношения".

(Из книги Марии Гимбутас "Цивилизация Великой Богини: Мир Древней Европы")
Tags: Старая Европа
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments