Хрестьянин (ltraditionalist) wrote in holy_matriarchy,
Хрестьянин
ltraditionalist
holy_matriarchy

Categories:

О натуфийской культуре.

"В последнее время появились исследования, ставящие под сомнение тотальное господство вождества в неолитических культурах Ближнего Востока. «У вождества, предполагавшего постоянное или временное лидерство, появилась альтернатива в виде самоуправляе­мой общины, регулировавшей своё поведение при помощи традиций, а не благодаря созданию вертикальной системы управления. Выявле­ние подобного типа общественной организации стало возможно при исследовании некоторых архаических обществ Тибета, а также не­посредственно на примере неолитических общин Ближнего Востока, предпринятого Е. И. Берёзкиным. Подлинной эволюционной альтернативой петербургский исследователь называет существовавшие до появления государств на Ближнем Востоке и на юге Центральной Азии «среднемасштабные интегрированные общества», в которых не удаётся обнаружить никаких свидетельств централизо­ванного управления", - сообщает Д. В. Пикалов в своей монографии "Миф и ритуал неолита".

«Свидетельством свободы является их образ жизни. Никто из них не имеет ничего собственного: ни дома, ни раба, ни земельного участ­ка, ни скота, ни других предметов и обстановки богатства. Внося всё в общий фонд, они сообща пользуются доходами всех. Живут они вме­сте, создавая товарищества по типу фиасов и сисситий, и всё время проводят в работе на общую пользу… Одни из них, сведущие в делах посева и обработки земли, трудятся на земле, другие ведают стадами, имея на попечении разнообразных животных, некоторые заботятся об ульях пчёл. Часть же занимается ремёслами, чтобы не терпеть не­достатка ни в чём, что необходимо для жизни, однако они ничего не накапливают сверх того, что необходимо для повседневных нужд… У них вы не найдёте ремесленника, изготавливающего луки, стрелы, кинжалы, шлемы, панцири, щиты, и вообще никого, делающего ору­жие, орудие или что бы то ни было, служащее для войны… Ежедневно питаясь вместе, за общим столом, они радуются одному и тому же, бу­дучи сторонниками малых потребностей и отвергая расточительность, как болезнь тела и души. Общим у них является не только стол, но и одежда… И если кто-нибудь из них заболеет, то его лечат из общих средств, и все помогают ему заботами и вниманием. Старики же, если они окажутся бездетными, обычно завершают жизнь не только как многодетные, но как имеющие очень хороших детей; у них счастливейшая и прекраснейшая старость, они удостаиваются привилегий и почёта со стороны большого числа людей, которые считают нужным ухаживать за ними по добровольному решению, скорее, чем по зако­ну природы…» [1]. Этот отрывок из недошедшего до нас произведения Филона Александрийского, сохранённый историком церкви Евсевием Кесарийским, описывает жизнь одной из иудейских сект в Иудее в I в. до н. э. – I в. н. э. – ессеев.


"Чтобы понять мировоззренческие механизмы натуфийцев и ран­них земледельцев, - продолжает дальше Д. В. Пикалов, - нужно осознать тот факт, что они, по сути, являлись такими же сектантами, как и ессеи. Без этого факта, на наш взгляд, невозможно понять, зачем натуфийцы и ранние земледельцы обрек­ли себя на тяжёлый, изматывающий труд и голодное существование. Вполне вероятно, что значительно позже в Иудее I в. до н. э. – I в. н. э. людьми двигали те же мотивы, когда они уходили на берега Мёрт­вого моря в общины ессеев, также отказываясь от привычного образа жизни и предпочтя ему трудное в плане быта и многочисленных рели­гиозных предписаний и запретов, временами полуголодное, но напол­ненное новым религиозным смыслом существование. Ведь «религиоз­ные ценности не сводимы к рационалистическим формулам» [2].

Ареал ранней натуфийской культуры.

Ареал поздней натуфийской культуры.

Натуфийская культура эпохи мезолита существовала на территории Леванта около 12500–9500 лет до н. э. Антропологические данные свидетельствуют о том, что натуфийцы принадлежали к евро­африканской расе, были приземисты, с удлинёнными черепами (доли­хоцефалы). Средний их рост составлял несколько более 150 см [3]. Среди основных занятий натуфийцев были охота [4], рыболовство [5] и сбор зерна дикора­стущих злаков, для чего они делали специальные жатвенные ножи и строили зернохранилища. Натуфийцы были предшественниками пер­вых земледельческих культур региона, некоторые исследователи пола­гают, что переход от собирательства к возделыванию злаков первыми в мире совершили сами натуфийцы.

Dagon_Museum,_Mortars_from_Natufian_Culture,_Grinding_stones_from_Neolithic_pre-pottery_phase
Музей Дагон, ступки из натуфийской культуры, шлифовальные камни из неолитической предгончарной фазы.

Натуфийцы первыми из людей стали селиться рядом с могилами своих предков [6]. Погребения располо­жены прямо среди домов, а очень часто и непосредственно под полом. Под полами чаще хоронили детей и подростков, а взрослых сородичей хоронили между домами в специальных обмазанных глиной колоколо­видных ямах. Большинство захоронений были вторичны: видимо, тела сначала выносили из поселения, помещая их во временные могилы или оставляя на открытом воздухе. После распада мягких тканей кости вновь вносили в поселение и предавали окончательному захоронению.

Покойник для натуфийцев и впоследствии для земледельцев ста­новится посредником между живыми сородичами и духами растений, земли и плодородия. Его уже не отдаляют от мира живых, как это было в культурах охотников и кочевников, наоборот, хоронят рядом с жили­щем или вообще под полом дома. Могилы предков были максимально приближены к живым, стали частью мира живых. Потомки должны были зачинаться и рождаться буквально «на костях» праотцов, захоро­нения часто находят под теми глинобитными скамьями неолитических домов, на которых сидели и спали живые".

"Таким образом, - говорит Д. В. Пикалов, - желание жить рядом с местом погребения предков и было основным движущим фактором перехода к осёдлому образу жизни. Не земледелие привело к осёдлости, как утверждалось наукой ранее, а осёдлый образ жизни привёл к поиску новых форм хозяйствования и зарождению земледелия. Осёдлость явилась не следствием смены хозяйственных форм и утилитарно-бытовых нужд, а продуктом новой религиозной парадизмы, суть которой - создание единого семантического поля между живыми, мёртвыми и землёй, в которой они покоятся.

Погребение умерших рядом с жилищем или вообще под полом до­мов должно было связать воедино живых и мёртвых. Могилы предков нужно было максимально приблизить к живым, сделать частью мира живых. И поэтому единственное, что оставалось человеку мезолита, это осесть на землю. Новый строй жизни был труден и непривычен, но тот ду­ховный переворот, который произошёл в сознании людей около 12 ты­сяч лет назад, требовал выбора: или пренебречь родом, общностью с предками ради более сытой и удобной бродячей жизни, или связать себя навсегда с могилами предков нерасторжимыми узами единства земли. А хлеб, созданный из растущих из земли зёрен, осмысливался как часть тела предков, вкушение которого доводило эту связь до наи­высшей точки религиозного напряжения. Символика, позже переосмысленная христианством: «Я хлеб живый, сшедший с небес; ядущий хлеб сей будет жить вовек; хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира… Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем» (Ин. 6:52-58).

И самое удивительное то, что отмечает Филон Александрийский у ессеев, а именно социальное равенство и совместный труд, фиксиру­ется археологами в протогородах Анатолии.

Археологи отмечают полное отсутствие изображений, говорящих о проявлениях агрессии, таких как «конфликт или борьба, не говоря уже о войне, избиении или пытках. Нет ни малейшего следа тех ве­щей, какие появляются с началом цивилизации» [7]. Равным образом отсутствуют изображения суда и вынесения приговора. Если изобра­жения актов войны и агрессии, столь популярные в мезолите, полно­стью отсутствуют, то встаёт вопрос, чем это отсутствие объясняется. Вполне возможно тем, что акты насилия расценивались обществом как нежелательные и потому не подлежали изображению, или же тем, что в обществе табуировалось насилие. То есть война и акты насилия подверглись десакрализации, перестали считаться священными и богоугодными деяниями. Как это перекликается со словами Филона Александрийского о ессеях: «у них вы не найдёте ремесленника, изго­тавливающего луки, стрелы, кинжалы, шлемы, панцири, щиты, и во­обще никого, делающего оружие, орудие или что бы то ни было, слу­жащее для войны». В поселениях натуфийцев археологи практически не находят наконечников стрел, эта же тенденция прослеживается в культурных слоях докерамического Иерихона А. Был ли это созна­тельный акт отказа от использования оружия осёдлыми охотниками и собирателями, или они были вытеснены в маргинальные природные зоны мало пригодные для охоты, более сильными и удачливыми сосе­дями – мы не знаем. Но археологи фиксируют миролюбие, характерное как для натуфийской культуры. Феномен гуманизма натуфийской культуры прослеживается и позднее, и относится не только к Чатал-Хююку, вплоть до последних дней существования поселения, но и на протяжении 1500 лет был ха­рактерен для Анатолии, а с 6500 до 4000 г. до н. э. он характерен и для всей балканской культуры. Это то самое принципиальное миролюбие земледельческих культур неолита, которое подчёркивал ещё Г. Чайлд.

Исследования в Анатолии показывают полное отсутствие де­структивного обращения с людьми в религиозных целях. Не было ни трепанации черепов, как в неолитической Центральной Европе, ни деформации черепов, как у центральноамериканских народов или в Древнем Египте, ни ритуального увечья рук, как в пиренейских пе­щерах ледникового периода, ни выбивания зубов при инициации, как у австралийских аборигенов, ни кровавых жертв. Животные забива­лись в целях потребления, но не обнаружено никаких признаков ри­туальных убийств" [8].

Ну, вот это и есть то самое, что я называю матриархатом. И здесь я всецело согласен с Мамфордом: «Если эта культура и не была матриархальной в политическом отно­шении, она, тем не менее, носила материнский характер: опека и пестова­ние жизни» [9]. Свободный образ жизни, равноправие полов - это не патриархат. Патриархат - это банда "чётких пацанов", живущих по принципу "что хочу, то ворочу" и подминающих под себя не только женщин, но и "несистемных" мужчин. А здесь всё не так, всё иначе. 


артефакты натуфийской культуры

NATUFIAN BONE TOOTH NECKLACE

A shaman from the Natufian culture

Ян Ходдер посвящает этой теме специ­альную статью об отношениях между полами в неолитическом Ча­тал-Хююке, где приводит доказательства равноправия между полами. Между мужчинами и женщинами, отмечает он, не было значительной разницы ни в еде, ни в величине тела, ни в образе жизни. Из изношен­ности костей вытекает, что оба пола занимались очень похожей дея­тельностью. Оба пола вели себя одинаково как в доме, так и вне его, в равной мере были заняты на кухне и в изготовлении орудий. В отли­чие от народов, и ныне живущих на сопоставимой стадии развития, в Чатал-Хююке нет никакого указания на разделение труда по принци­пу пола. Только из художественных изображений можно заключить, что вне дома мужчины охотились, а женщины занимались земледелием, как считает Я. Ходдер [10]. На самом же деле настенные рисунки, опублико­ванные в отчётах Д. Мелларта о раскопках, показывают в сценах охоты и женщин вместе с мужчинами [11]. И одинаковое погребение мужчин и женщин указывает на равенство в смерти, женщинам клали в качестве погребальных даров орудия труда точно так же, как и мужчинам [12]. Тот же феномен отмечает и Дж. Мелларт в ранненеолитических по­селениях Кипра: «в женские погребения клали богатые заупокойные приношения; из этого можно заключить, что женщины были равны с мужчинами» [13]. В. М. Массон отмечает, что большинство древнейших строений раннеземледельческих племён Древнего Востока было рас­считано на парную семью [14].

Дополнением и подтверждением равноправия полов служат на­стенные рисунки Чатал-Хююка, которые изображают мужчин, тан­цующих с детьми, – сюжет, являющий­ся маргинальным в искусстве классовых патриархальных обществ . Жители Чатал-Хююка не только клали в могилы женщинам орудия труда, но и погребали мужчин вместе с украшениями, иногда в немалых количествах. Наоми Гамильтон, отве­чавшая в команде Я. Ходдера за обработку погребений и тем самым за анализ отношений между полами, сомневается в том, что сама кон­цепция гендера, т. е. определение социального пола отдельно от био­логического, вообще применима для дискуссий о Чатал-Хююке. Она рассматривает концепцию гендера как привязанную к нашему време­ни, но принимает во внимание, что люди неолита отнюдь не воспри­нимали мужчину и женщину как нечто полярное [15]. Ян Ходдер ещё в 1990 г. выдвинул тезис, что главная полярность в неолитическом ми­ровосприятии могла иметь совсем иную природу [16]. ­
 

-------------------------------------------------------------------------------------------------------
[1] Евсевий Кессарийский. Церковная история в 10 книгах. – Режим доступа: http://www.vehi.net/istoriya/cerkov/pamfil/cerkovist/history.html. 
[2] Франкфорт Г., Франкфорт Г. А., Уилсон Дж., Якобсен Т. В преддверии фило­софии. Духовные искания древнего человека. С. 30.
[3] Мелларт Дж. Древнейшие цивилизации Ближнего Востока. С. 29.
[4] Во время раскопок ранненатуфийской деревни – поселения Эйнан – были получены данные о рационе жителей: дикий бык, козел, лань, газель, дикий кабан, гиена, лиса, заяц, мелкие хищники и грызуны, бесчисленные птицы и рыбы, черепахи, ракообразные и улитки из оз. Хуле. Мелларт Дж. Древнейшие цивилизации Ближнего Востока. С. 27.
[5] Рыболовство имело большое значение для ранних натуфийцев, особенно для жителей Эйнана на оз. Хуле и поселения Вади Фалла на побережье Сре­диземного моря. Частой находкой являются рыболовные крючки, а гарпуны встречаются даже в удалённом от побережья Иерихоне (натуфийская куль­тура – единственная ближневосточная культура, где они применялись). Мел­ларт Дж. Древнейшие цивилизации Ближнего Востока. С. 27.
[6] В районе VIII тысячелетия до н. э. на основе натуфийской культу­ры оформляется мезолитическая земледельческая культура Иерихона, сохранившая традицию хоронить умерших под домом.
[7] Mellaart J. The Goddess of Anatolia. Vol. II. – Milano, 1989. P. 22
[8]
Mellaart J. Catal Huyuk – Stadt aus der Steinzeit. – Bergisch Gladbach, 1967. P. 95.
[9] Мамфорд Л. Миф машины. – Режим доступа: http://aitrus.info/node/2077.
[10] Hodder I. Catal Huyuk – Stadt der Frauen? // Spektrum der Wissenschaft. 2004. №. 9. P. 36–43.
[11] Mellaart J. Catal Huyuk – Stadt aus der Steinzeit. Bergisch Gladbach. 1967. P. 86–101.
[12] Там же. P. 43–103.
[13] Мелларт Дж. Древнейшие цивилизации Ближнего Востока. С. 56.
[14] Массон В. М. Поселение Джейтун. Проблема становления производящей экономики. С. 105.
[15] Hamilton N. Figurines, Clay Balls, Small Finds and Burials // I. Hodder (Ed.). On the Surface: Catalhoyuk 1993-95. - Cambridge and London, 1996. P. 215–263.
[16] Hodder I. The Domestication of Europe. – Cambridge, 1990. Р. 62.

Tags: Ханаан, неолитическая революция
Subscribe

  • Маори(йка).

    Мерл Оберон (1911 - 1979 гг.), британская актриса, по матери - маори. Источник картинки. Полинези́йская ра́са (также океаноидная раса,…

  • Родовой строй полинезийцев.

    Формы распада родового строя. Замечательной особенностью исторического процесса в Полинезии был своеобразный путь распада родовых отношений. В…

  • Мать и дочь.

    Мать и дочь, 1950. Восточная Украина.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments