Хрестьянин (ltraditionalist) wrote in holy_matriarchy,
Хрестьянин
ltraditionalist
holy_matriarchy

Categories:

"Неолитическая революция" как следствие духовной революции.

Интересно, уже успели записать Джареда Даймонда в традиционалисты, или ещё нет? Если нет, тогда я - первый причисляю его к последователям Рене Генона.

Джаред ДаймондПотому что сей учёный муж говорит не о прогрессе, а о регрессе исторического пути человечества. Цитирую его статью "Агрокультура: главная ошибка в истории человечества": "... археология лишила нас ещё одной священной веры - в то, что история человечества в течение последнего миллиона лет была долгой историей прогресса. В частности последние открытия говорят нам о том, что возникновение агрокультуры, которая, как предполагается, была решительным шагом вперёд по направлению к лучшей жизни, во многом оказалась катастрофой, от которой мы так и не смогли оправиться. Вместе с агрокультурой появилось общественное и сексуальное неравенство, болезни и деспотия, отравляющие наше существование".

Джаред Даймонд говорит, что концепцию прогресса опровергает наблюдение за современными охотниками-собирателями. "Оказывается, что у этих людей много свободного времени, они подолгу спят и работают гораздо меньше, чем их соседи-фермеры. Например, для того, чтобы добыть пищу, у бушменов в среднем уходит 12-19 часов в неделю, а танзанийских хадзапи - 14 и менее часов. Когда одного бушмена спросили, почему он не хочет последовать примеру соседнего племени, занимающегося агрокультурой, он ответил: "А почему мы должны это делать, ведь в мире так много орехов монгонго?".


"В то время как фермеры отдают предпочтение таким богатым углеводами культурам как рис и картофель, комбинация диких растений и мяса животных, составляющая рацион питания оставшихся в живых охотников-собирателей, даёт больше протеина и обеспечивает лучший баланс других питательных веществ. В одном из исследований говорится, что в ежедневном рационе бушменов (в течение изобильного едой месяца) содержалось в среднем 2400 калорий и 93 грамма протеина, что намного превосходит норму, рекомендуемую людям их роста. Трудно себе представить, чтобы бушмены, употребляющие в пищу примерно 75 различных видов растений, умерли от голода подобно тысячам ирландских фермеров и их семей, погибших во время неурожая картофеля в 1840-х годах".

"Так что жизнь охотников-собирателей - по крайней мере, тех, кто существует сейчас - не такая отвратительная и жестокая, даже несмотря на то, что фермеры отбросили их в самые кошмарные места на планете". Я бы сказал, что не фермеры сами по себе, а фермеры под "крышей" государства и государственных репрессивных органов.

Исследования палеопатологов также говорят об ухудшении жизни людей в древности после перехода к земледелию. Например, на территории Турции и Греции произошло уменьшение роста с 175/165 (м/ж) в палеолите до 160/152 к 3-му тысячелетию до н.э.; в Америке у индейцев долин рек Иллинойс и Огайо после перехода на выращивание кукурузы в 12 веке отмечено ухудшение зубной эмали (недоедание), повреждения костей (инфекции), деформации позвоночника (тяжёлый физический труд).

"Кроме недоедания, голода и эпидемических болезней земледелие способствовало развитию ещё одного бича человечества: классовому разделению. У охотников-собирателей обычно очень мало или вообще отсутствуют запасы пищи, а кроме того, у них отсутствуют концентрированные источники питания вроде фруктовых садов или же стада коров: они живут за счёт диких растений и животных, которых добывают каждый день. Таким образом, у них не может быть королей - класса общественных паразитов, толстеющих на хлебах, собранных с других людей. Только в обществе землепашцев здоровая, ничего не производящая элита может править массами, одолеваемыми болезнями."

"Женщины в агрокультурных сообществах иногда превращались во вьючных животных. В аграрных обществах Новой Гвинеи я часто видел, как женщины еле-еле передвигаются под грузом нескольких мешков с овощами или вязанок дров, в то время как мужчины ходят с пустыми руками. Однажды, когда я отправился в полевую экспедицию по изучению птиц, я предложил заплатить нескольким крестьянам, чтобы они перенесли продовольствие со взлётно-посадочной полосы в мой горный лагерь. Самым тяжёлым грузом был 50-килограммовый мешок с рисом, который я крепко привязал к шесту и поручил группе из четверых мужчин нести на плечах. Когда я случайно нагнал крестьян, я увидел, что мужчины несут лёгкие сумки, а одна маленькая женщина, которая весила меньше, чем мешок с рисом, несла его на спине, придерживая верёвкой, обмотанной вокруг головы.

Что же касается того утверждения, что агрокультура способствовала расцвету искусства, дав нам свободное время, то у современных охотников-собирателей, по крайней мере, столько же свободного времени, сколько и у земледельцев. Скорее всего, неправильным было бы делать акцент на том, что в данной ситуации свободное время являлось критическим фактором. У горилл было достаточно свободного времени, чтобы построить собственный Парфенон, если бы они того захотели. Несмотря на то, что пост-агрокультурные технологические достижения действительно позволили развиться новым формам искусства и сохранить уже имеющиеся произведения, охотники-собиратели создавали великолепные картины и скульптуры ещё 15 тысяч лет назад, и их даже в нашем веке создают такие сообщества охотников-собирателей, как эскимосы и индейцы на северо-западном побережье Тихого океана.


буйвол

Таким образом, с началом агрокультуры появилась преуспевающая элита, а положение большинства населения только ухудшилось. Вместо того чтобы проглотить тезис приверженцев прогресса о том, что мы выбрали агрокультуру, потому что она принесла нам пользу, мы должны задуматься над вопросом: как мы попались в её ловушку, невзирая на все её недостатки?

Наш ответ сводится к максиме "кто сильнее - тот и прав". Земледелие могло обеспечить пищей намного больше людей, чем занятие охотой, хотя и с учётом менее качественных условий существования. (Плотность населения охотников-собирателей редко больше, чем один человек на 10 км2, в то время как плотность населения у земледельцев в среднем в сто раз больше). Отчасти это происходит из-за того, что поле, полностью засеянное съедобными растениями, дает возможность накормить больше ртов, чем лес, в котором съедобные растения встречаются по отдельности. Отчасти также из-за того, что кочевым охотникам-собирателям приходится делать четырехлетние интервалы при рождении потомства при помощи умерщвления младенцев и других способов: мать должна носить ребенка до тех пор, пока он сам не сможет ходить вместе со взрослыми. Так как у женщин-земледельцев такого бремени нет, они могут рожать детей каждые два года, как часто и происходит."


Вот такие факты. Кстати, эти факты косвенно подтверждает и Библия. Адам и Ева, как повествует ветхозаветный текст, пребывая в рай­ских садах Эдема, жили естественной жизнью собирателей, и лишь изгнанные оттуда стали земледельцами: «И выслал его (Адама) Го­сподь Бог из сада Эдемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят». Земледельческий труд Ветхий Завет однозначно трактует как элемент наказания за первородный грех.

А. М. Лобок в своей монографии "Антропология мифа" высказывает предположение, что переход к земледелию был результатом смены религиозной парадигмы.  Ну, типа, как у евреев есть такое понятие "некошерное мясо", так, может быть, и в неолитических земледельческих обществах стали считать дичь пищей "варваров". В подтверждение своей гипотезы А. М. Глобок пишет:

"Пожа­луй, не возникало бы особых вопросов, если бы земледелие возникло в качестве факультативного рода деятельности, дополняющего тра­диционные охоту и собирательство. Однако факт заключается в том, что у неолитических народов, которые начинают заниматься систе­матическим земледелием, происходит практически полный отказ от традиционных форм охоты и собирательства, и это крайне странно, поскольку эффективность земледелия на ранних его этапах крайне низка, трудовые затраты чрезвычайно велики, а питательная ценность получаемого продукта не сопоставима с той, которая обеспечивалась традиционными формами обеспечения продовольствием. Но с какой стати вольные охотники и собиратели добровольно отказываются от традиционных форм самообеспечения продовольствием и возлагают на себя ярмо тяжелейшего, изматывающего труда? Обычные ссылки на практическую целесообразность этого перехода, попытки объяснить возникновение феномена земледелия поиском новых источников про­питания совершенно не убедительны. Говорят, что стали истощаться охотничьи угодья, оскудели дикие источники пропитания раститель­ного происхождения – но ведь это попросту неправда. В эпоху, которая непосредственно предшествовала неолитической, естественные источ­ники пропитания в тех местах, в которых исторически возникает зем­леделие – это долины крупных рек – оставались изобильными и разно­образными, и ничуть не более бедными, нежели в тех, где земледелие так и не возникло – на этом настаивают сегодня многие авторитетные учёные".

"В книге "Экономика каменного века" [1] М. Салинз сформулировал парадоксальный вывод: ранние земледельцы трудились больше, но имели уровень жизни ниже, чем позднепервобытные охотники и соби­ратели. Известные в истории раннеземледельческие народы работали, как правило, гораздо большее число дней, чем тратили на добывание пищи дожившие до XX в. первобытные охотники и собиратели. По мнению М. Салинза, средств, имеющихся в распоряжении первобыт­ного доземледельческого общества, вполне достаточно для удовлетво­рения его потребностей. Представление о голодной жизни отсталых народов также оказалось очень сильно преувеличенным – у земледель­цев голодовки носили более тяжёлый и регулярный характер. Дело в том, что при присваивающем хозяйстве люди забирали у природы далеко не все, что она могла им дать. Причина – не мнимая лень от­сталых народов, а специфика их образа жизни, не придающая значе­ния накоплению материального богатства (которое к тому же часто и невозможно накапливать из-за отсутствия технологий длительного хранения пищи). Возникает парадоксальный вывод, который называ­ют парадоксом Салинза: в ходе неолитической революции совершен­ствование аграрного производства ведёт к ухудшению уровня жизни" [2].

Как отмечает В. Р. Кабо, советский и австралийский этнограф-ав­страловед, лауреат премии имени Миклухо-Маклая: «Для того чтобы обеспечить себя достаточным количеством пищи, каждому взрослому бушмену, достаточно было трудиться 2,5 дня в неделю, считая рабочий день равным 6 часам, что составляет 2 ч 9 мин в день» [3]. Подсчёты показывают, что труд одного человека – охотника и собирателя – может обеспечить пищей четыре – пять человек, а работоспособная часть на­селения составляет у бушменов 61,3 %. Дж. Вудберн пишет, что охотни­ки и собиратели хадза, живущие в Восточной Африке, затрачивают на добывание пищи в среднем не более двух часов в день [4]. А наши палео­литические предки жили в более благоприятных условиях."

Очевидно, что не голод был главным двигателем не­олитической революции. «В прошлом, когда считали, что охотники и собиратели жили в большой нужде, влача полуголодное существова­ние, ответ на этот вопрос не вызывал больших затруднений: полага­ли, что переход к земледелию облегчал труд по добыче пищи и давал больше свободного времени для других занятий. В последние десяти­летия стала очевидной упрощённость такого подхода. Выяснилось, что условия жизни многих охотников и собирателей были не столь тя­жёлыми, а голодовки не столь неизбежными, как считали раньше...»[5]. К. Леви-Стросс пишет: «Обитателям пустынного региона в Южной Калифорнии... – индейцам каюлла, числом в несколько тысяч, не уда­валось истощить природные ресурсы; они жили в изобилии. Посколь­ку в этой стране, выглядевшей обездоленной, они знали не менее 60 пищевых и 28 других растений с наркотическими, стимулирующими, либо лекарственными свойствами» [6]. Один из первых исследователей Австралии Дж. Грей отмечает: «Абориген точно знает, что производит его земля, и в какое именно время года, он знает, какими способами обеспечить себя всем необходимым. Соответственно он распределяет свои посещения различных частей принадлежащей ему охотничьей территории; и я могу только засвидетельствовать, что в хижинах ту­земцев всегда царит изобилие... За два – три часа они могут добыть пищи на целый день» [7]. Так же обстоит дело и в наше время в общинах австралийцев, ведущих традиционный образ жизни. Взрослые члены двух локальных групп, изученных в 1948 г. Ф. Маккарти и М. Макар­тур, трудились в среднем четыре – пять часов в день. И этого времени вполне хватало для того, чтобы обеспечить каждого члена группы до­статочным и по составу, и по калорийности количеством пищи[8].

Здесь, конечно, ещё очень и очень много неясного, но, по крайней мере, понятно, что т. наз. "неолитическая революция" произошла прежде в умах древних людей, а потом уже появилось земледелие, как результат смены парадигмы.

Определённо можно сказать, что осёдлость появилась раньше земледелия. Скорее всего, осёдлые поселения стали появляться вокруг сакральных центров. Возможно, храмовый комплекс в Гёбекли-Тепе был одним из первых таких центров.

Во всяком случае, "неолитическая революция" была следствием предшествовавшей духовной революции.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
[1] Салинз М. Экономика каменного века. – М., 1999. C. 19–53.
[2] Шнирельман В. А. Что такое неолитическая революция? // Знание – сила. С. 36.
[3] Кабо В. Р. У истоков производящей экономики // Ранние земледельцы: эт­нографические очерки. – Л., 1980. С. 65.
[4] Кабо В. Р. Первобытная доземледельческая община. – Режим доступа: http://aboriginals.narod.ru/primitive_preagricultural_community.htm.
[5] Шнирельман В. А. Возникновение производящего хозяйства. – М., 1989. С. 368.
[6] Леви-Стросс К. Первобытное мышление. – М., 1999. С. 116–117.
[7] Кабо В. Р. Первобытная доземледельческая община. – Режим доступа: http://aboriginals.narod.ru/primitive_preagricultural_community.htm.

[8] Там же.


Tags: неолитическая революция
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments