Хрестьянин (ltraditionalist) wrote in holy_matriarchy,
Хрестьянин
ltraditionalist
holy_matriarchy

Categories:

Из "Материнского права" Бахофена (1).

Наряду с вполне историчным свидетельством Геродота, факт передачи права наследования по материнской линии представлен и в мифологической истории ликийских царей. После царя Сарпедона в права наследования вступают не сыновья, а дочь его — Лаодамия, — передающая царство сыну в обход своих братьев. <...> Преимущество Лаодамии перед братьями уже само по себе можно рассматривать в качестве достаточного подтверждения ликийского материнского права.

В отличие от представителей современной критики, учёный византиец, видя в сказании то, в чём усматривает аномалию, не склоняется к подозрению, ни, тем более, к изменению традиционного материала. Такое неиспытующее, доверчивое следование традиции, часто порицаемое как бездумное переписывание, является лучшим ручательством надёжности даже позднейших свидетельств. Во всех областях исследований древнего мира господствует та же верность и точность в фиксации и передаче предания, та же боязнь посягнуть дерзновенной рукой на остатки ушедшего мира. Ей обязаны мы возможностью уверенно распознать внутреннее устроение древнейшей эпохи и проследить историю человеческой мысли вплоть до самых её начал и истоков её последующего развития. Чем меньше тяга к критике и субъективным комбинациям, тем выше надёжность и тем дальше отстоит опасность искажений. <...>

Уже сама строгость, с которой выступает римская система отеческой власти, указывает на существование более ранней системы, которую она стремилась преодолеть и вытеснить. В городе безматерней дочери Зевса Афины высокий принцип отцовства, облечённый в чистоту аполлонической природы, представляется не менее чем вершиной такого развития, низшие ступени которого должны были принадлежать миру совершенно иных идей и жизненных обстоятельств. Однако как сможем мы понять итог, если первоначала для нас загадка? И где можно их обнаружить? Ответ на этот вопрос не представляет сомнений: в мифе, этой верной картине древнейших времён — здесь и нигде более. <...>

Первое наблюдение, которое подтверждает такую [мифологическую] логичность духовного мира гинекократии, заключается в преимуществе, которое здесь отдаётся левой стороне перед правой. Левое относится к женской, страдательной, правое — к мужской, деятельной природной потенции. Достаточно напомнить о той роли, которую играет левая рука Исиды в стране Нила, особенно чтущей материнское право, чтобы сделать очевидной эту взаимосвязь. <...>

В обычаях и нравах гражданской и культовой жизни, в характерных чертах одежды и прически не менее красноречиво, чем в словах отдельных изречений, неизменно повторяется одна и та же идея: major honos laevarum partium [1] — и её внутренняя связь с материнским правом. Не менее важно и другое проявление того же основного закона: примат ночи над днём, рождающимся из её материнского лона. Обратное отношение оказалось бы в решительном противоречии с гинекократическим миром. Уже древние ставят в один ряд преимущество ночи и левой стороны и связывают оба этих явления с приматом материнства. Здесь, как и прежде, древнейшие нравы и обычаи: счёт времени по ночам, выбор ночного времени для сражений, для совещаний, для правосудия, предпочтение темноты для культовых отправлений — показывают нам, что мы имеем дело не с абстрактными философскими идеями позднейшего происхождения, а с реальностью первоначального образа жизни. Следуя за развитием всё той же мысли, мы можем издалека различить черты неотъемлемого своеобразия того преимущественно материнского периода мировой истории в культовом предпочтении луны перед солнцем, приемлющей семя земли перед оплодотворяющим морем, мрачной смертной стороны природного бытия перед светлой стороной становления, усопших перед живыми, печали перед радостью. <...>

Aron Wiesenfeld

И вот уже перед нашим взором открывается духовный мир, в котором материнское право выступает не как чуждая, непостижимая форма жизни, но скорее как гомогенное явление. Конечно, в этой картине остаётся ещё немало лакун и тёмных пятен. Однако всякое глубоко обоснованное восприятие обладает особой силой, благодаря которой быстро охватывает все родственные явления и умеет отыскать путь от очевидного к потаённому. Нередко ему бывает довольно лёгкого намека, оставленного древними, чтобы открыть новые перспективы. В качестве поучительного примера можно сослаться на особую значимость родственных связей между сёстрами и отношений с младшим потомством. И то, и другое относится к материнскому принципу семейного права; и то, и другое может продемонстрировать нам основную идею последнего в её новых разветвлениях. Значение сестринских взаимоотношений раскрывается благодаря замечанию Тацита о их понимании у германцев [2], а соответствующее сообщение Плутарха о римских обычаях [3] доказывает, что и здесь мы имеем дело не со случайным, локальным воззрением, а со следствиями, вытекающими из всеобщей основоположной идеи. В свою очередь, особая значимость младшего потомства находит самое широкое признание в «Героике» Филострата — памятнике хотя и позднем, однако в высшей степени важном для понимания древнейших идей. Обе эти черты вскоре обрастают немалым количеством отдельных примеров, которые, будучи взяты отчасти из мифолоической традиции, а отчасти из исторических обстоятельств древних или всё ещё живущих народов, доказывают также их исконность и универсальность. Нетрудно понять, каким образом связано с гинекократической идеей и то, и другое явление. Преимущество сестры перед братом является лишь ещё одним выражением преимущества дочери перед сыном — преимущество, отдаваемое младшему ребёнку, связывает продолжение жизни с той ветвью материнского рода, которая, возникнув позднее, будет в последнюю очередь настигнута смертью. <...>

То отношение, с которым человечество впервые дорастает до цивилизации, которое служит исходной точкой для развития всякой добродетели, для формирования любой благородной стороны бытия, есть волшебство материнства, действующее среди исполненной насилия жизни как божественный принцип любви, единения и мира. Ухаживая за плодом своего чрева, женщина раньше мужчины научается распространять свою нежную заботу за пределы собственного «я», на другое существо и направлять весь свойственный её духу дар изобретательности на поддержание и улучшение чужой жизни. Здесь лежат истоки всякой возвышенной цивилизации, всякого благодеяния, всякой преданности, всякой заботы о живом и всякого плача об усопшем. Многообразны выражения, которые нашла себе эта идея в мифе и в истории. Ей соответствует и то, что критянин выражает высшую степень любви к своей родине, называя её «материнской землёй», и то, что общность материнского лона выделяют в качестве крепчайших уз, как истинное, изначальное и исключительное отношение родства, и то, что помогать своей матери, защищать её, мстить за неё считается священнейшим долгом, в то время как угрожать её жизни — значит лишить себя всякой надежды на искупление, даже если этот проступок совершён ради служения  ущемлённым отцовским правам.


------------------------------------------------------------------------------------------
[1] Большая честь левой стороны (лат.). — Примеч. перев.

[2] Тацит, Германия, 20. — Примеч. перев.

[3] Плутарх, Римские вопросы, 17. — Примеч. перев.

Tags: Бахофен
Subscribe

Posts from This Сommunity “Бахофен” Tag

  • О матриархальном "языке Традиции".

    Хороший текст из паблика " Колодец": "Во французском журнале "Elements" № 93 за 1998 год помещалось досье, посвящённое…

  • О древнегреческом наследии.

    Всем известна поговорка "Волос у женщины долог, да ум короток". Но, как известно, Карл Юнг в XX веке открыл феномен Бессознательного.…

  • Крокозябра Баховена.

    Помнится, я сильно возмущался тем, что Бахофен "материализовал" матриархат и "одухотворял" патриархат (См.: О моих разногласиях…

  • Священная ярость афинских вдов.

    И. Бахофен в своём "Материнском праве" передаёт рассказ Геродота (История, V, 82-88) о вражде эгинцев с афинянами. Афиняне выступили в…

  • Афина Спасительница.

    В продолжение записи Языческие храмы как убежища. Плутарх в жизнеописании Солона (Солон, 12) повествует о конце Килонова мятежа. «Уже с…

  • Сказ про то, как Тесей умертвил "педагога".

    Добольно интересные подробности я обнаружил в "Материнском праве" И. Бахофена, позволяющие интерпретировать легенду о Минотавре в…

  • О жрецах Юстиции.

    "Ульпиан называет учёных правоведов justitiae sacerdotes [ 1], и это выражение в устах родившегося в Тире юриста, безусловно, является не…

  • О механизмах правоприменения в матриархальных обществах.

    В предыдущей записи Протоегиптяне говорилось о «бадарийской культуре» — представители которой обитали в долине Нила недалеко…

  • Женская пятерица vs. мужской седмицы.

    И. Бахофен в своём "Материнском праве" связывает число семь с Аполлоном, Афиной и Орестом в противоположность теллурически-лунарному числу…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments