Хрестьянин (ltraditionalist) wrote in holy_matriarchy,
Хрестьянин
ltraditionalist
holy_matriarchy

Categories:

Безгосударственные политии и мегаобщины.

Коллектив авторов - А. В. Коротаев, Д. М. Бондаренко, Л. Е. Гринин - написали прелюбопытнейшую статью: "Социальная эволюция: альтернативы и варианты (к постановке проблемы)".

"До сравнительно недавнего времени считалось само собой разумеющимся, что формирование государства [1] ознаменовало конец первобытной эпохи и никаких реальных альтернатив государству не существовало3. Все безгосударственные общества рассматривались как догосударственные, стоящие на единой эволюционной лестнице на ступень ниже государств. Сегодня постулаты о государстве как единственно возможной форме политической и социокультурной организации постпервобытных обществ, об априори более высоком уровне развития государства по сравнению с любым негосударственным обществом подвергнуты жёсткой критике. Стало очевидным, что негосударственные общества не обязательно менее сложны и менее эффективны. Заслуживает внимания проблема существования не государственных, но и не первобытных обществ (то есть главным образом негосударственных, но не догосударственных), альтернативных государству (как якобы неизбежной постпервобытной форме социально-политической организации).

Теперь остановимся подробнее на одной из наиболее влиятельных и распространённых эволюционных схем – на схеме, предложенной Э. Сервисом; её основные идеи, однако, присутствуют уже в известной статье М. Д. Салинза: бэнд (локальная группа) – племя – вождество – государство. Данная схема подразумевает, что рост политической сложности (по крайней мере, вплоть до уровня аграрного государства) неизбежно сопровождается ростом неравенства, расслоения, социальной дистанции между правителями и подданными, растущим авторитаризмом и иерархизацией политической системы, снижением политического участия основной массы населения и т. д. Однако здесь надо особо подчеркнуть, что на каждом последующем уровне политической сложности можно обнаружить очевидные альтернативы данной эволюционной линии.


Начнём с самого простого уровня. Действительно, акефальные эгалитарные локальные группы встречаются среди большинства неспециализированных охотников-собирателей. Однако, как было показано Дж. Вудберном и О. Ю. Артёмовой, некоторые из подобных охотников-собирателей (а именно неэгалитарные, к которым относятся прежде всего австралийские аборигены) демонстрируют принципиально отличный тип социально-политической организации со значительно более структурированным политическим лидерством, сконцентрированным в руках иерархически организованных старших мужчин, с явно выраженным неравенством как между мужчинами и женщинами, так и среди самих мужчин.

На следующем уровне политической сложности мы снова находим общины как с иерархической, так и с неиерархической политической организацией. Можно вспомнить, например, хорошо известные различия между индейцами северо-запада и юго-востока Калифорнии: "У племён, населявших северо-запад Калифорнии, несмотря на сравнительно развитую и сложную материальную культуру, отсутствовали характерные для остальной Калифорнии чётко выраженные социальные роли вождей" (Кабо 1986: 180). Здесь можно вспомнить и социокультурно сложные общины ифугао Филиппин, где не было чётко выраженного авторитарного политического лидерства. Возможные альтернативы вождествам в неолитической Юго-Западной Азии, неиерархические системы сложных акефальных общин с выраженной автономией малосемейных домохозяйств были проанализированы Ю. Е. Берёзкиным, который обоснованно предлагает апатани в качестве этнографической параллели. С. А. Французов находит ещё более развитый пример подобного рода политий на юге Аравии в вади Хадрамаут I тыс. до н. э.

У сложных крупных вождеств также могли быть аналоги. Ими были прежде всего крупные конфедерации или федерации племён. Нередко, однако, низовая структура здесь представляла своего рода вождество, а верхняя – совет племени без постоянного лидера (совет вождей или старейшин). Такова была структура племён у ряда индейских народов. У ирокезских племён была иная система организации: семейно-родовые коллективы возглавляли родовые старейшины (сахемы), входившие в совет племени. Но в ирокезской конфедерации был ещё и высший уровень управления – совет Лиги, где были представлены родовые вожди каждого племени (общей численностью 50 человек и где при принятии решений требовался консенсус.

Ранее мы уже приводили аргументы, что вообще существует очевидная эволюционная альтернатива развитию жёстких надобщинных политических структур (вождество – сложное вождество – государство) в виде развития внутриобщинных структур одновременно с гибкими межобщинными системами, не отчуждающими общинного суверенитета (разнообразными конфедерациями, амфиктиониями и т. д.). Один из наиболее впечатляющих результатов развития в этом эволюционном направлении – греческие полисы (см. работы М. Берента, посвящённые обоснованию безгосударственного характера классического греческого полиса), некоторые из которых достигли общего уровня культурной сложности, сопоставимого не только с вождествами, но и с государствами. Система греческих полисов никогда не трансформировалась в империю и сохраняла гетерархический характер даже во время существования Афинского морского союза. Отметим, что как форма социополитической организации полисы были известны за пределами античного мира как хронологически, так и географически. Развитие политически децентрализованной межполитийной сети стало эффективной альтернативой развитию монополитии ещё до возникновения первых империй. В качестве примера здесь стоит вспомнить межполитийную коммуникативную сеть гражданско-храмовых общин Месопотамии первой половины III тыс. до н. э., которая поддерживала уровень технологического развития существенно более высокий, чем у современного ей политически централизованного египетского государства.

Племенной и полисный эволюционные ряды образуют, по-видимому, разные эволюционные направления, имеющие свои отличительные черты: полисные формы предполагают власть «магистратов», выбираемых тем или иным путём на фиксированный промежуток времени и контролируемых народом в условиях полного (или почти полного) отсутствия регулярной бюрократии. В рамках племенных систем наблюдается полное отсутствие каких-либо должностей, носителям которых члены племени подчинялись бы только потому, что они являются носителями должностей определённого типа, а поддержание порядка достигается через проработанную систему посредничества и поиска консенсуса.

Существует также значительное число и иных сложных безгосударственных политий (например, политии казаков Украины и южной России вплоть до конца XVII в., кельтов V–I вв. до н. э. или исландская полития «эпохи народоправства» вплоть до середины XIII в.), для обозначения которых пока нет каких-либо общепринятых терминов, а их собственные определения часто слишком специфичны (как, например, казачье войско), чтобы иметь хоть какой-то шанс превратиться в общепринятый термин. В целом, известно множество исторических и этнографических примеров политий, которые: а) по размерам, сложности и ряду других параметров существенно превосходили типичные догосударственные образования (вроде простых вождеств, племён, общин); б) не уступали раннегосударственным системам по размерам, социокультурной и/или политической сложности; в) в то же время по политическому устройству, структуре власти и управления существенно отличались от раннего государства. Такие негосударственные общества, которые можно сравнить с государством по сложности и выполняемым функциям, мы назвали аналогами раннего государства или альтернативами государству.

Таким образом, представляется возможным противопоставить общества, следовавшие по пути политической централизации и «авторитаризации», и культуры, которые продолжали разрабатывать и совершенствовать общинные институты самоуправления. Как бы там ни было, такая культура, как королевство Бенин XIII–XIX вв., делает картину социально-политической эволюции ещё более многогранной. Ранее мы предложили обозначить эту форму социополитической организации как «мегаобщину». Её структуру можно представить в форме четырёх концентрических кругов, образующих перевёрнутый конус. Эти круги – большая семья, большесемейная община (в которой семейные связи дополнены соседскими), вождество и, наконец, самый широкий круг, включающий в себя три более узких, – мегаобщина как таковая (королевство Бенин в целом). Отличительной чертой мегаобщины является её способность организовать на достаточно обширных территориях сложное многоуровневое общество, основываясь преимущественно на трансформированном принципе родства.

Помимо Бенина XIII–XIX вв. в доколониальной Африке мегаобщиной, в частности, можно признать королевство Бамум конца XVI–XIX вв. в лесной зоне современного Камеруна – суперсложное общество, которое представляло собой результат расширения вплоть до высшего уровня линиджных принципов и форм организации: «максимальный линидж» (Tardits 1980). За пределами африканского континента мегаобщины (не обязательно бенинского типа, то есть основанные на родственных локальных общинах) могут быть опознаны, например, в индийских обществах конца I тыс. до н. э. – первых веков н. э. А. М. Самозванцев описывает эти общества как пронизанные общинными порядками, несмотря на различия в конкретных формах социально-политической организации. «Принцип общинности», утверждает он, был наиважнейшим фактором, определявшим социальную организацию индийских политий в тот период. На юге Индии подобное положение сохранялось намного дольше, до времени империи Виджаянагара – середины XIV в., когда в регионе наконец произошли «…усиление централизации политической власти и как следствие – концентрация ресурсов в руках царской бюрократии…». Примеры суперсложных обществ, выстроенных по общинной «матрице», даёт и Юго-Восточная Азия I тыс. н. э.: таковы были Фунань и, возможно, Дваравати. Мегаобщинами, основанными на общинах с доминированием не родственных, а территориальных (соседских) связей – гражданскими мегаобщинами, – можно считать общества полисного типа.

Кроме мегаобщины Бенина, примером в данном случае, возможно, является Индская, или Хараппская, цивилизация, которая значительно превосходила размерами территории таких наиболее древних цивилизаций, как Египет и Месопотамия. Согласно Г. Посселу, эта цивилизация была «примером древней социокультурной сложности без архаической государственной формы политической организации».

Я от себя ещё добавлю, что, очевидно, и крито-минойская цивилизация также являлась своего рода неиерархической мегаобщиной; если там и имелась какая-то иерархия, то исключительно духовного свойства; возможно, у критян имелись какие-то "круги" приближения к Божеству, в центре которых находились "папы" или "папессы", и может быть Кносский "дворец" являлся своего рода "Ватиканом", - столь много там религиозных мотивов, - но, в отличие от Древнего Египта, никаких признаков государственной иерархии на Крите мы не видим. Позднейшими аналогами являются самоуправляющиеся храмовые общины (в том числе переселенческие, вроде Исландии X–XIII вв.) с населением от нескольких тысяч до десятков тысяч человек.

Неолитические поселения земледельцев Старой Европы также можно считать неиерархическими, негосударственными политиями. Очевидно, политическая эволюция того или иного общества в сильнейшей мере зависит от культурного контекста. Если большинство членов общества являются "царебожниками", то появление царя в таком обществе неизбежно. И наоборот: доминирование семейно-родовых, клановых ценностей приводит к разного рода безгосударственным политиям. Всё зависит от коллективного сознания.


Однозначно, матриархат, как "власть матерей", соотносится с безгосударственными политиями, и такие трипольские мегапоселения, как Майданецкое, можно отождествить с мегаобщинами, о которых говорят авторы данной статьи.
---------------------------------------------------------------------------------------------
[1] В рамках этой статьи авторами под государством понимается «…достаточно устойчивая политическая единица, представляющая отделённую от населения организацию власти и администрирования и претендующая на верховное право управлять (требовать выполнения действий) определёнными территорией и населением вне зависимости от согласия последнего; и имеющая силы и средства для осуществления своих претензий» (Гринин 1997: 20; см. также: Он же 2000б: 190).

Tags: полис, социология
Subscribe

Posts from This Сommunity “социология” Tag

  • Первобытные общества — это общества досуга.

    Из эссе Пьера Кластра " Общество против государства": "Возьмём южноамериканские племена земледельцев — например, тупи-гуарани,…

  • Органичность матриархата.

    Довольно интересная заметка у alexthunder в Недоистребление Патогенов. " Иммунные системы наших, да и не только наших, организмов…

  • "Слуги" патриархата.

    Вспомнился фильм " Слуга" Вадима Абдрашитова. Сюжет фильма строится на том, что Павел Клюев, бывший десантник, недавно демобилизовавшийся,…

  • О "переходе к совершеннолетию".

    Интересное суждение встретилось у Иммануила нашего Канта: "Леность и трусость — вот причины того, что столь большая часть людей, которых…

  • Социальная характеристика Триполья.

    Что мы разумеем под матриархальной культурной традицией? 1. Матрилинейный счёт родства и, соответственно, наследование от матери к дочери. 2.…

  • Аристократия подлинная и мнимая.

    "Ранняя аристократия создавалась не через выборы и признание низов, а через прямое самоутверждение индивидуумов, способных к сопротивлению, к…

  • У корней цивилизации.

    СОЦИАЛЬНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ: • возьми младенца мужского пола из хорошей семьи • оставь его в лесу без одежды и каких-либо инструментов •…

  • К социальному миру через "товарищество по жене".

    Все мы знаем, что киевский князь Владимир женился на византийской царевне Анне. При этом вполне очевидно, что сама Анна вовсе не горела желанием…

  • Патриархат на мужских гормонах.

    Стивен Гольдберг в своей книге «Неизбежность патриархата» утверждает, что в конечном итоге главной причиной победы патриархата являются…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 6 comments