Хрестьянин (ltraditionalist) wrote in holy_matriarchy,
Хрестьянин
ltraditionalist
holy_matriarchy

Categories:

«Вольные» общества кавказских горцев.

Ю. Ю. Карпов в статье "Вождь и народ: горско-кавказская редакция отношений" говорит, что "в «глухих» горных районах Кавказа не было и развитых сословных отношений. Там доминировали сельские общества, функционировавшие в форме соседских общин и их объединений, союзов (образцом таковым служит горный Дагестан). В отечественной исторической и публицистической литературе с конца XVIII в. их называли «вольными» обществами".

"В горном Дагестане бытовало изрядное количество рассказов с почти безвариантным сюжетом: некогда в конкретном селении жил хан (бек, талхъан) имярек, он притеснял народ, народ взбунтовался и изгнал или убил тирана и его родственников. Часто устные тексты совершаемое насилие передают в крайних и потому для всех очевидных формах: хан устанавливает и закрепляет за собой право первой ночи, ему же иногда приписывается введение обычая убиения стариков. Убивая стариков, тиран пытается «лишить» общество «ума». Однако некий старик, которому втайне была сохранена жизнь, учит общество, как избавиться от тирана, и обществу, как правило, удаётся разделить оставшееся после хана имущество. Резон в избавлении от тирана очевидный".

Ю. Ю. Карпов приводит характерный пример подобных горных "быличек":


"Некогда аварский князь-«богатырь» по имени Муцул взимал дань с чеченского общества Малхиста (Мелхиста). В то время в самом этом обществе подрастал собственный богатырь по имени Секки. Когда он вырос, то одолел князя-чужеродца. «Убедившись в силе Секки и храбрости его, мелхистинцы выбрали Секки своим князем. И когда мелхистинцы обратились к нему с просьбой установить сумму налога, он сказал, что каждый дом ему обязан дать по мерке зерна, и что все невесты, которые будут выходить замуж на территории Мелхистана, должны будут провести с ним первые трое суток, и только после этого они получат права на мужа. Население приняло эти требования, и жизнь пошла своим чередом».

Однако среди местных жителей нашёлся юноша, который не мог смириться с мыслью о том, что и его невесту ожидает упомянутое. От некоего старика он получил совет, как расправиться с Секки: последний мог быть убит лишь собственной шашкой. Благодаря хитрости и сноровке юноше удалось отрубить Секки голову. «Голова покатилась с горы вниз и дважды пробормотала:

— Отныне нет князя в Мелхиста! Отныне нет князя в Мелхиста!


Вслед за этим все мелхистинцы вторили:

— И не будет князя в Мелхиста! И не будет князя в Мелхиста!

И с тех пор в Мелхистах не было князя, и мелхистинцы живут как горные орлы»" [1].

Сюжет прямо как в культовом фильме "Храброе сердце", - там тоже Уильям Уоллес, шотландский горец, не стерпел установленное английским королём Эдуардом I унизительное "право первой ночи".


braveheart_11

В общем, чужеземных "варягов" гордые жители гор не терпели, но и собственным "орлам" частенько "подрезали крылья", чтоб не "заносились" слишком высоко над общинниками. "Попытки лиц, чем-либо прославившихся и завоевавших авторитет, встать во главе «своих», довольно часто воспринимались в качестве посягательств на полномочия коллектива, как упорядоченной целостности. Историко-этнографические материалы предоставляют этому много примеров.

Согласно материалам историка-краеведа Х.Д. Ошаева, весной в горной Чечне традиционно устраивались состязания удальцов, съезжавшихся из окрестных районов. Главным призом победителю соревнований бывала красивая девушка. Далее привожу слова автора первой трети ХХ в. «Славой пользовался победитель обыкновенно недолго. Какой-нибудь безызвестный парень, желая “прославить” себя, подкарауливал победителя и убивал его. В Малхистинском обществе этот обычай, к сожалению, существует и до сих пор. Стоит кому-нибудь прославиться геройством, другой убивает его, только для того, чтобы говорили: “Этот человек убил такого-то”» [2]. Аналогичная практика физического устранения высоко поднявшегося над обществом на крыльях славы молодца каи кма существовала в соседней с Чечней Хевсуретии [3].

Подобные действия не расценивались социумом как преступление. Напротив, само убийство героя являлось разрешением конфликта, возникавшего на почве своего рода насилия индивида по отношению к коллективу. Его личная слава и «сила» приобретали свойства могущества, которое могло оказывать воздействие на привычный ход жизни и поколебать его устои, чему общество всячески противилось. Непомерно возраставшая слава индивида сулила оказать или уже осуществляла насилие над обществом (в плане нарушения баланса личных и коллективных интересов), и потому он подлежал физическому устранению. «Был, ма хурта, в те времена обычай у наших дедов, — говорит один из героев повести о былой жизни осетин, — если кто из рода разбалуется и начнёт слишком досаждать сородичам, притеснять их по части земли, воды или иного добра, от такого отворачивается род, и с общего согласия его убивали. И крепко держались за этот обычай» [4].

Неприятие общиной нарушения установленных ею порядков фиксирует поговорка: «Когда признают одного за князя, остальные становятся его рабами» [5]. Претензии отдельных лиц подчинить своей воле и силе и через это своему могуществу коллективы сородичей или общинников однозначно воспринимались как преступные. Со знанием дела автор второй половины XIX в. отмечал, что в Чечне «фамилии соревновались между собою, не позволяя некоторым возвышаться над народом. По различным причинам некоторые личности иногда выдвигались вперёд; с возвышением подобного лица и фамилия его приобретала влияние в народе; тогда прочие, завидуя ей, усугубляли свои силы для низведения такого лица и его фамилии в общий разряд» [6].

Предания горцев Восточной Грузии сохранили имена героев, которые, отличившись в боях и получив от царей титул дворянина (азнаура), отказались от этой привилегии, не желая нарушить закона общины, не допускавшего в своей среде азнауров. В памяти народа сохранился фольклорный сюжет об убийстве некого лица, пренебрегшего установленной нормой. Здешние общины принимали решения об отчуждении семей и целых фамилий, которые стремились к прерогативам [7]. Даже в Кабарде, в целом отличавшейся сложившимися феодальными порядками, в начале XVIII в. одна из княжеских фамилий была истреблена «по причине её надменности» [8]. Определение «надменность» подразумевало нарушение баланса сил общественной системы.

Аналогичным образом реагировало общество и на ситуацию, когда один из общинников обзаводился скотом, количество которого значительно превышало установленную на основе коллективного опыта норму. В Чечне в этом случае по решению старейшин все члены аульного общества в назначенный день захватывали скот и остальное имущество разбогатевшего односельчанина и делили их между собой. При этом оставляли долю и незадачливому богатею [9]. Фактически о том же рассказывается в некоторых дагестанских преданиях".

Интересно, - подумалось мне, - а не эта ли социальная психология подталкивала тех же кочевников-амореев к грабежу богатых городов Месопотамии? Известна ненависть кочевников к городам, многие из которых они буквально сравнивали с лицом земли. Может быть, таким образом они боролись с "прерогативами" горожан? Как готы, разграбившие Рим в 410 году.

"Подобные экспроприации, с одной стороны, плохо вяжутся с теми нормами адата, которые строго преследовали посягательства на собственность общинника, с другой стороны, вполне понятны. Рост материального достатка одного из членов общины преображался в экономическое могущество, что при налаженной системе землепользования становилось равноценно насилию в отношении общины как таковой и установленного ею порядка. Община, в том или ином виде представленная на всём горном Кавказе, несла ответственность за благосостояние своих членов, по возможности отслеживала и пресекала процессы обнищания хозяйств, но равно и контролировала процессы имущественного расслоения собственной среды как отлаженной и дееспособной общественной системы", - говорит Ю. Ю. Карпов.

"
Говоря в целом о социальных отношениях в «вольных» обществах горной зоны Кавказа, об особенностях их социальной среды до XIX в., следует отметить, что она не была однородной, застойной, в ней наблюдались по-своему динамичные общественные процессы, однако она, данная среда, постоянно стремилась к «идеалу» социального равновесия на базе самодостаточных в различных отношениях общин, выстраивавших свои внутренние связи с использованием в большей или меньшей степени функционально задействованных семейнородственных структур. <...> Модель общества без резко выраженных имущественных и социальных различий, без узурпаторов от политики выглядела идеалом, согласованным с «обычаем», к которому, как могли, стремились. <...> Вождям присуща «гордость» (в широком и одновременно довольно специфичном местном понимании этого слова), а её-то горскокавказское общество старалось не допускать в своих членах, тем более в лице чужаков.

В данном плане примечательны комментарии признанного вождя горцев на протяжении четверти века — имама Шамиля. Он подчёркивал необходимость соблюдения «величайшей осторожности» и такта в общении с народом и руководстве им, дабы не оскорбить в людях самолюбия. «Всякое подобие несправедливости, — было записано со слов бывшего имама, — всякое ничтожное, но неправильное действие — из глубины души возмущает горца, который с качествами хищного зверя питает в себе глубокое чувство правдивости. Это чувство или даёт ему возможность умирать без ропота и боли, или же подвигает его на самые кровавые эпизоды. <…> К тому же горец терпеть не может постороннего вмешательства в свои частные дела» [10].

Всё это сам имам, по его утверждению, учитывал при управлении народом и упрочении шариата в обществе, где «обычаи, освящённые временем и въевшиеся в население вследствие привычки и замкнутости жизни, имеют для горцев особенную прелесть и несравненно сильнее религиозных верований. «“Скорее горец отступит от ислама, — говорит Шамиль, — нежели от своего обычая”» [11].

Таковы были характерные взаимоотношения между народом и вождями в горско-кавказской среде ещё в сравнительно недавнем прошлом".

Я ещё от себя вставлю пару слов касательно замечания автора о том, что кавказские горцы "стремились к «идеалу» социального равновесия на базе самодостаточных в различных отношениях общин, выстраивавших свои внутренние связи с использованием в большей или меньшей степени функционально задействованных семейнородственных структур". Здесь как раз припоминается высказывание Алисы Ганиевой: "Авторитаризм в Дагестане, конечно, присутствовал, но параллельно со странной, почти языческой свободой, в том числе и свободой для женщин". Да, на уровне семейнородственных структур женщины могут задавать общие "правила игры". И здесь, конечно, возникает прелюбопытнейший вопрос: насколько адат является продуктом женского менталитета?
-------------------------------------------------------------------------------
[1]
Чечено-ингушский фольклор. М., 1940. С. 249–251.
[2] Ошаев Х.Д. Народные развлечения у чеченцев // Революция и горец. 1929. № 6. С. 39.
[3] Очиаури Т.А. О некоторых народных преданиях // Материалы по этнографии Грузии. Тбилиси, 1959. Т. 10. С. 119–132.
[4] Беджизати Ч. Башни говорят. Цхинвали, 1987. С. 29.
[5] Саидов И.М. Этнографический и фольклорный материал о классовых отношениях у чеченцев и ингушей // Археолого- этнографический сборник. Грозный, 1968. Вып. 2. С. 273.
[6] Лаудаев У. Чеченское племя // Сб. сведений о кавказских горцах. Тифлис, 1872. Вып. 6. С. 15.
[7] Харадзе Р.Л. К вопросу о территориально-общинных объединениях у грузин-горцев // Крат. сообщ. Ин-та этнографии АН СССР. М.; Л., 1958. Вып. 29. С. 69.
[8] Аталиков В.М. Наша старина. Нальчик, 1996. С. 274.
[9] Маргошвили Л.Ю. К вопросу о переселении вайнахов на территорию Грузии // Грузино-северокавказские взаимоотношения. Тбилиси, 1981. С. 131.
[10] Руновский А. Записки о Шамиле. М., 1989. С. 112, 115.
[11] Руновский А. Дневник полковника Руновского, состоявшего приставом при Шамиле во время пребывания его в Калуге с 1859 по 1862 г. // Акты Кавказской археографической комиссии. СПб., 1904. Т. 12. C. 1465.

Tags: Кавказ, община, социология
Subscribe

Posts from This Сommunity “Кавказ” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 3 comments